№131. Статья 18.8 часть 1 КоАП РФ. Административное выдворение иностранного гражданина за нарушением им режима пребывания (проживания) в Российской Федерации

№131. Статья 18.8 часть 1 КоАП РФ. Административное выдворение иностранного гражданина за нарушением им режима пребывания (проживания) в Российской Федерации

Постановлением судьи городского суда от 30 марта 2011 года моя подзащитная С.В.В. привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ, выразившегося в том, что С.В.В., являясь гражданкой Республики Молдова, 6 ноября 2003 года прибыла с 4 детьми (Б.О., 1988 г. рождения, В.М., 09.08.1994 г. рождения, В.К., 04.07.1995 г. рождения, Б.В., 31.05.1996 г. рождения) на территорию Калининградской области, не встала на регистрационный учет по месту пребывания в г.Светлом Калининградской области, ул.Громова, 1-17, после чего срок временного пребывания истек 3 февраля 2004 года, однако С.В.В. за разрешением на временное проживание в установленном порядке не обращалась и не покинула территорию Российской Федерации в нарушение ст.ст. 8, 21 Федерального закона РФ № 109-ФЗ от 18 июля 2006 года «О миграционном учете иностранных граждан…», ст. 5 Федерального закона РФ № 115-ФЗ от 25 июля 2002 года «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», а также Правил осуществления миграционного учета иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации, утв. постановлением Правительства РФ № 9 от 15 января 2007 года.

В жалобе на указанное постановление С.В.В. просила его изменить, исключив указание о назначении дополнительного наказания в виде выдворения за пределы Российской Федерации, ссылаясь на то, что исполнение такого вида административного наказания повлечет за собой нарушение единства семьи и прав троих несовершеннолетних детей, которые длительное время проживают в Российской Федерации, обучаются в МОУ «Средняя общеобразовательная школа № 3, утратили связь с Республикой Молдова. Также обращает внимание на то, что назначение ей административного наказания в виде административного выдворения за пределы РФ несоразмерно целям назначения наказания.

Проверив законность и обоснованность постановления, суд нашел его подлежащим изменению с исключением указания о назначении дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации, в остальной части – подлежащим оставлению без изменения.

Виновность С.В.В. в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ, не оспаривается и подтверждена ее пояснениями о незаконном пребывании на территории Российской Федерации, протоколом об административном правонарушении, паспортом С.В.В., в котором отсутствуют данные о регистрации на территории РФ.

Назначая С.В.В. дополнительное наказание в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации, судья исходил из того, что исполнение такого вида наказания не является необоснованным вмешательством в личную и семейную жизнь С.В.В., которая уклоняется от исполнения обязанностей по воспитанию своих детей, ранее привлекалась к административной ответственности и административное наказание не исполнила, в течение длительного периода времени не приняла мер к соблюдению установленного порядка пребывания на территории Российской Федерации.

С такими выводами суд не согласился.

Санкция ч. 1 ст. 18.8 Кодекса в качестве административного наказания предусматривает наложение административного штрафа с административным выдворением за пределы Российской Федерации или без такового.

Исполнение назначенного судом административного наказания в виде выдворения за пределы Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства влечет в соответствии с п. 3 ст. 7 Федерального закона “О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации” невозможность получения им в течение 5 лет разрешения на временное проживание в Российской Федерации.

Вместе с тем, исходя из общих принципов права установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации и назначение конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности, а также конституционно закрепленным целям (ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации).

Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (п. 2 ст. 29 Всеобщей декларации прав человека, п. 3 ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, п. 2 ст. 10 и п. 2 ст. 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п. 3 ст. 2 Протокола N 4 к ней).

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.), вступившей в силу для России 5 мая 1998 г., вмешательство со стороны публичных властей в осуществление прав на уважение личной и семейной жизни не допускается, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Статья 8 Конвенции о правах ребенка (принята 20 ноября 1989 г.), вступившей в силу для СССР и его правопреемника – Российской Федерации 2 сентября 1990 г., в пункте 1 провозгласила, что государства-участники обязуются уважать права ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства.

В статье 9 указанной Конвенции содержится норма о том, что на государство-участника возлагается обязанность обеспечивать, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев, когда компетентные органы, согласно судебному решению, определят в соответствии с применимым законом и процедурами, что такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка.

Согласно правовой позиции, сформулированной Европейским Судом по правам человека, лежащая на государствах ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает их контролировать въезд в страну и пребывание иностранцев и высылать за пределы страны правонарушителей из их числа, однако подобные решения, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должны быть оправданы крайней социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 26 марта 1992 г. по делу “Бельджуди (Beldjoudi) против Франции”, от 21 июня 1988 г. по делу “Беррехаб (Berre-hab) против Нидерландов”, от 18 февраля 1991 г. по делу “Мустаким (Moustaguim) против Бельгии”, от 19 февраля 1998 г. по делу “Дали (Dalia) против Франции”, от 7 августа 1996 г. по делу “С. против Бельгии”, от 28 ноября 1996 г. по делу “Ахмут (Ahmut) против Нидерландов” и др.).

Таким образом, по смыслу положений международных договоров, административное выдворение иностранного гражданина или лица без гражданства за пределы Российской Федерации, влекущее вмешательство в право на уважение личной и семейной жизни, допускается только в тех случаях, когда оно необходимо в демократическом обществе и соразмерно публично-правовым целям с тем чтобы обеспечить достижение справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из материалов дела следует, что С.В.В. свыше 17 лет проживает в Российской Федерации с четырьмя детьми, из которых трое детей в настоящее время не достигли совершеннолетия и, несмотря на формальную принадлежность к гражданству Республики Молдова, фактически утратили связь с иностранным государством, не зная языка этой страны и проживая с 9-, 8- и 7-летнего возраста на территории Российской Федерации, а также не имея места жительства в Республике Молдова.

Старший сын С.В.В. – Б.О.А., 1988 года рождения, также прибывший вместе с С.В.В. в 2003 году на территорию Российской Федерации, является участником Государственной программы по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за границей.

Более того, как указывает С.В.В. и отражено в адресованных суду письменных ходатайствах Б.О.А. и М.Е.С., в ноябре 2009 года у Б.О.А. и М.Е.С. родился сын, который является гражданином России.

Дочери С.В.В. проходят обучение в МОУ «Средняя общеобразовательная школа № 3» и С.В.В. занимается их воспитанием, что объективно подтверждено, в частности, отсутствием фактов привлечения С.В.В. к административной ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей по воспитанию этих детей, а также их письменными ходатайствами с просьбами не выдворять из Российской Федерации.

Факты привлечения С.В.В. к административной ответственности по ст. 5.35 КоАП РФ связаны с бродяжничеством и уклонением от посещений занятий в школе ее младшего сына Б.В., который страдает психическим расстройством и в настоящее время привлекается к уголовной ответственности, что само по себе не свидетельствует об уклонении С.В.В. от воспитания всех детей.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что административное выдворение за пределы Российской Федерации не является единственно возможным способом достижения целей административного наказания (ч. 1 ст. 3.1 КоАП РФ), а применение к С.В.В. такого вида административного наказания не оправдано крайней социальной необходимостью, не отвечает принципу соблюдения баланса публичных и частных интересов и повлечет за собой чрезмерное вмешательство в право на уважение семейной жизни.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что постановление по делу об административном правонарушении от 30 марта 2011 года подлежит изменению с исключением указания о назначении С.В.В. дополнительного наказания.

На основании изложенного суд решил постановление судьи Светловского городского суда Калининградской области от 30 марта 2011 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ, изменить, исключив указание о назначении С.В.В., 01.06.1967 года рождения, гражданке Республики Молдова, дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации.

В части назначения административного штрафа это же постановление судьи было оставлено без изменения.